| Новости | Расписание богослужений | Паломническая служба | Храмы | Библиотека | О нас |

Минулин Ю.А.,
директор Паломнической службы «Радонеж». Москва.

Православное паломничество в России в период с 1989 по 2004 годы. Особенности, проблемы и решения

Преосвященные архипастыри, уважаемое собрание, всечестные отцы, братья и сестры! Наверное, первое, что надо бы сказать, что я искренне рад всех вас здесь видеть. Наверное, этого момента мы несколько долго ждали - 15 лет. Дело в том, что Паломническая служба «Радонеж», может быть, одна из тех, которая начала свою работу еще в 80-е годы в храме Илии Обыденного здесь, в Москве. Мне хочется вас даже поздравить, что вы все здесь собрались. Дело в том, что первая конференция, наверное, особенная, всегда хочется видеть, знать и чувствовать что-то новое, почувствовать то, что у тебя есть близкие, есть единомышленники. Когда мы собирались среди своих друзей в середине 80-х годов, нам это было очень сложно понять, что мы когда-нибудь сможем и будем проводить экскурсии, уж простите за это слово, тогда другого не было, по святым местам. Правды ради надо отметить, что первая конференция православных паломнических организаций состоялась в 1992 году и возглавил ее архиепископ Арсений. В 1992 году там было 20 человек, в 93-м приехали люди уже из 50 городов нашей страны, и надо сказать, что слова архиепископа Арсения были таковы в этот момент:

«Я думал, что вы все в прошлом году разойдетесь и ничего из этого не получится». В 1993 году он увидел обратное. Сегодня я очень благодарен владыке епископу Марку, заместителю председателя Отдела внешних церковных связей Русской Православной Церкви, благодарен Сергею Юрьевичу Житеневу, директору Паломнического Центра Московского Патриархата, за то, что они нашли силы собрать всех участников конференции, дать возможность многим выступить и накормили. Дело в том, что в 1992-1993 гг., так как у нас была возможность у единственных, может быть, иметь какие-то средства, мы приглашали тех, кто приезжал в Москву, и оплачивали им проезд на один день туда и обратно, откуда бы он ни ехал. Екатеринбург приезжал, приезжала Самара, приезжала Польша, приезжала Рига. Так было в то время.

Надо отдать должное, что за те годы, что работала Паломническая служба «Радонеж», мы со многими за это время познакомились, очень многих из вас я знаю по совместной работе, а если кого-то не знаю лично, то имею представление, как вы работаете. Сейчас прозвучало выступление от Екатеринбургской епархии, а я только что оттуда вернулся и могу подтвердить, что их паломническая служба - одна из самых крепких и интересных в России. У них такой богатый материал, они не ездят куда-то далеко, они ездят по своей земле, а она у них большая. Мне довелось быть в Верхотурье, в Алапаевске, Ганиной яме. За два дня мы проехали 1200 км и были полностью погружены в эти святые места. Можно сказать, что это святая земля, к которой нужно прикоснуться, услышать, увидеть, почувствовать.

Может быть, оглядываясь на те 15 лет, которые прошли с момента начала возрождения паломничества, можно оценить это время как период становления. Здесь много говорили о том, что нам сейчас будет очень сложно. Я могу даже больше сказать, что будет очень сложно. Потому что создавать епархиальные паломнические структуры будет сложно по многим причинам. Если епархиальные управления будут создавать паломнические службы, то тогда, пожалуйста, дайте им такие вещи, как помещения и средства связи. Владыка, я прошу вас, обратите на это внимание, телефоны, факсы и обязательно компьютеры. Если этого не будет, то они просто не смогут работать. Я уже говорил, что был недавно в Екатеринбурге и специально зашел в епархиальный паломнический отдел перед тем как приехать сюда, и посмотрел как они живут. Бедные! Ну, дайте им немножко больше, они ж много сделают, они будут благодарны, они там будут с утра до вечера работать. Обратите внимание на то, что ведь большинство сейчас присутствующих здесь, это энтузиасты паломничества. Мне сейчас очень радостно, что может быть, с одной стороны, плохо, что ушли высокопоставленные особы из министерств, ведомств и мэрии. С другой стороны, надо сказать, что остались те люди, которые все работали в паломничестве каждый день, до ночи искали экскурсоводов, автобусы, заказывали билеты, жили этим и принимали гостей в монастырях и храмах. Дело в том, что мне надо бы сегодня сделать концептуальный доклад, но так как все сказали уже понемножку и главное, наверное, нужно сейчас мне чуть-чуть только конкретизировать нынешнее состояние, как я его вижу.

За это время прошли важные эпизоды становления паломничества, возрождения монастырей и создались следующие вопросы, проблемы и созрели некоторые решения. Первое это то, что паломничество как деятельность внутрицерковно существует. И я думаю, что все это подтвердят. Когда-то нам говорили: вы не выдержите даже года. Мы сказали тогда: подождем и посмотрим, на что нам хватит сил и возможностей. Сил у нас хватило, и я смотрю, что хватает у всех остальных. Тогда нужно было решить вопрос нашей идентификации: кто мы такие, как мы будем жить и как мы будем действовать. Потому что нас отодвигал туризм. Не надо его бояться, это первое. Второе, туристские организации будут нашими союзниками, если мы к ним обернемся лицом и поговорим с ними по-человечески.

За 15 лет работы я могу сказать единственное, что теперь в известной туристской газете «Туринфо» (я не знаю, присутствовал ли их представитель на конференции) печатаются материалы чаще всего с правильным пониманием паломничества. В настоящее время на нас уже не посягают туристские организации в большом масштабе. Они хотят заработать, но они уже боятся работать с паломниками, потому что они не понимают, что такое причастие и что такое исповедь. Жаль, конечно, что они не понимают. Надо бы и это им объяснить, но на это будет время, поговорите с ними, может быть, они станут вашими соработниками. Я был экскурсоводом когда-то, поэтому помню, как первых светских экскурсоводов мы приглашали работать в 90-х годах, но по мере нашей совместной деятельности они воцерковлялись постепенно. Вот представьте себе, что сотрудники туристских организаций тоже могут воцерковляться, если вы им можете в этом посодействовать. Почему сейчас их нужно отстранять от паломнической деятельности? А ведь большая часть из них исповедуются и причащаются, я точно это знаю, потому что я встречаюсь с ними на выставках, я знаю, кто из них ходит в храм. К ним всегда можно прийти и сказать: «Помоги!», и они помогут и, кстати, денег не возьмут и чаще всего так это и бывает. Некоторые считают, что от них нужно отстраниться. Я считаю, что не надо отстраняться. Большинство из вас не умеет делать визы, никто из нас не умеет бронировать гостиницы за рубежом, никто толком не разбирается в гостиничном бизнесе. Я скажу больше, никто из нас не умеет принимать людей, а если и умеет, то не так, как бы хотелось. Вот это то, что я хотел сказать о туризме. Прошу вас, будьте к ним, организаторам туризма, открыты, не замыкайтесь только, не замыкайтесь.

Только что батюшка из Тихвинского монастыря сказал: что же мне с этими туристами делать, ведь у меня людей не хватает, никого у меня не хватает. Я говорю, приглашайте их на семинар каждый год, два раза в год, и давайте с ними разговаривать. Все равно они будут ездить, все равно будут пробиваться к вам, все равно будут водить у вас экскурсию. Так попробуйте их научить, кто не сможет научиться через два года, значит, он не способен, а я, думаю, сможет, экскурсоводы народ очень толковый. А в Петербург, я только что был в Петербурге недавно, туристы уже просто валом пошли туда, по 5-6 автобусов в воскресные дни. Так что же, надо что их оттолкнуть?

Здесь говорили уже о миссионерстве, говорили уже о том, что это проповедь. Уважаемые архипастыри, мы-то знаем все, кто занимаемся паломниками, знаем, что мы людей привозим светских, так вот можно проповедовать, спокойно проповедовать им, говорить, они уже все готовы. Ведь вы поймите правильно. Они сначала узнали об экскурсии, прочитали, потом узнали и позвонили, потом пришли, потом оплатили, потом снова пришли, сели, приехали и вот в этот момент мы им ничего не говорим. Так что ж мы делаем-то! Вот здесь-то и нужно сказать. Он прошел уже путь...вот, знаете за что надо брать деньги - за моральный ущерб, за несоответствие услуг.

И здесь я могу сказать насчет монастырей, рассматривая их службы как отделы приема паломников и туристов. Кстати, по поводу законов, тут владыка Марк говорил по поводу документов, скажем, о законодательстве, которое будет вноситься в Думу. Вам нужно будет поработать. Сможете? Я думаю, что не сможете, и даже лет через 5-7 не сможете. А вот монастыри могут уже сейчас работать и приносить пользу паломничеству. Монастыри могут, потому что они внутренняя инфраструктура Церкви. Что монастырям лучше сейчас сделать? Здесь всё просто: надо одного человека взять на прием, но, чтоб у него, донесите это до матушек и батюшек, был телефон, факс, компьютер. А также надо организовать его рабочее место: стол, стул и постоянный телефон, мобильный или не мобильный, не важно. И, главное, чтобы он знал о том, что вот он сейчас приведет группу в 45 человек, то какая-то матушка обязательно накормит их, и также будет со следующей группой. Дело не в том, что это гостеприимство, это наша работа. Знаете, мне здесь понравился рассказ одного человека, совершенно светского, который был в Александро-Свирском монастыре. Он там был-то два часа, но он услышал и почувствовал, что вот здесь Господь стоял, Пресвятая Троица. Там была экскурсовод Людмила, которая рассказала ему то, что он раньше никогда не слышал, то, что тронуло его душу. Вот это самое главное в монастыре, в приеме это главное, в любом храме. И вот так, если уж говорить обо всей проблематике, то нужно именно вот к этому приводить. А что значит прием? Это служба приема. Теперь я, может быть, скажу почти крамольную мысль, деньги за эту службу надо брать. Если мы не будем брать деньги, служба через два-три года не сможет даже работать. Я одно могу сказать, здесь молодой человек сидит, раб Божий Александр, он мне сейчас во время обеда задал вопрос: имею ли я право брать деньги за свою работу? Я говорю: «Ты должен брать». Я посмотрел у него кольцо на руке, у него дети. Ты завтра сможешь детей кормить? Нет. Значит, через два года у него энтузиазм может закончиться из-за того, что он просто не сможет кормить семью.

Теперь я обращаюсь опять к тем, кто организует паломничество, будьте любезны, помогите вашим сотрудникам иметь достойное пропитание, он больше сделает, он не будет думать о том, где взять деньги. Я понимаю, что говорю, может быть, нереальные вещи для многих, но они нормальные, к этому все равно мы придем. И следующее, наверное, самое основное. Какие бы ни приняты были решения и рекомендации Первой общецерковной конференции, у меня мнение такое, что самое основное, мы должны все-таки понять, что паломнические службы - это церковные организации. Следующее, может быть, создать орган, не надо большой, общественный, взаимосвязи и взаимопомощи паломнических организаций, монастырей и служб приемов, туристических фирм. Я попрошу, конечно, может быть, чтобы это возглавил как раз Паломнический Центр, чтобы он собирал нас чаще. Потому что, когда я узнал, что конференция будет проходить всего один день, мне стало немножко не по себе. Вы представляете, что большинство людей, приехавших из Красноярска, Томска, Екатеринбурга, это же очень далеко, нам есть, о чем поговорить. И, самое главное, мы очень еще незначительные организации, мы все маленькие организации, мы все немощные организации, нам нужна помощь друг друга и просто локоть, хотя со многими я знаком по 15 лет. Вот секретарь Владимирской епархии отец Сергей Минин, мы с ним давно знакомы, он первые наши группы проводил. Прошло столько времени, а это ведь будет так, что и через 10 лет встретимся, а будем помогать друг другу. Я очень рад, что такое собрание прошло. Конечно, отметить еще нужно один момент. Организация выездных семинаров, конференций, организация совместных стендов на региональных выставках, мы уже к этому подошли, если нас здесь столько много давайте все-таки нормальный стенд сделаем. Уж некоторые деньги есть, и епархии, и сами организации могут себе позволить заплатить. И чтобы показать, что мы есть. Я знаю, что существует такая форма, что мы должны показать, что мы есть, и тогда с нами будут разговаривать власть придержащие. Пока же мы только декларируем, что мы существуем. Да, мы существуем, но существует Церковь, а не объединение паломнических организаций. Церковь Русская жива, она действует, Слава Богу!

Следующий момент, наверное, профессиональный. Это уже подготовка кадров, об этом уже говорили. На базе Тихоновского института, Иоанно-Богословского института, Отдела внешних церковных связей или даже Московской Духовной Академии, не знаю, это нужно выбрать, на какой-то базе организовать подготовку профессиональных кадров, именно православных менеджеров по паломничеству. В данный момент мы просто профессионально не готовы ко многим вещам. В настоящее время паломническое движение в России находится в фазе становления и динамичного развития, современное общество со вниманием относится к развитию церковных институтов, одним из которых является паломническая служба. От того, как мы сможем организовать совместную работу все вместе, зависит, в частности, духовное просвещение нашего народа и нашего общества.

Спасибо вам за внимание.

Храм святителя Спиридона Тримифунтского,
Челябинской епархии, Московской Патриархии, Русской Православной Церкви
456905, РФ, Челябинская область, Саткинский район, пос. Межевой, ул. Карла Маркса, 5 "б"
Тел. 8 35161 74751           hramsatka@narod.ru