| Новости | Расписание богослужений | Паломническая служба | Храмы | Библиотека | О нас |

Лисовой Н.Н.,
заместитель председателя Императорского Православного Палестинского Общества, старший научный сотрудник Института российской истории РАН. Москва

Паломничество в русской церковной традиции. Богословский и историко-литургический аспект

Православное паломничество как религиозный и культурно-исторический феномен лишь в последние годы становится полноценным объектом научного исследования и осмысления. Проходят научные конференции, защищаются диссертации, издаются книги, как у нас1, так и за рубежом2. Не только в церковном обществе осознана потребность дифференцировать и разграничить паломничество и религиозный туризм в организационном и даже правовом плане. Но и в среде историков зреет понимание того, что мы здесь имеем дело с особым и уникальным явлением, с отдельной стороной в духовной жизни народа и в служении Православной Церкви.

Чем обусловлена возрастающая актуальность проблемы? Сами объекты паломничества - святые места, места связанные с земной жизнью Спасителя, Божией Матери, апостолов, с подвигами святых - до сих пор не воспринимались и не изучались как особая сущность, своеобразная «агиосфера», которая и держит нашу грешную землю. Если еще сегодня, на рубеже третьего тысячелетия, что-то еще нашу землю держит, ее держит вот эта планета святых. Мы до сих пор говорили о чем угодно: об атмосфере, биосфере, ноосфере, говорили о роли культуры и семиозиса, о том, что «красота спасет мир». Не понимая, что когда Достоевский это говорил, он имел в виду красоту духовную, религиозную, красоту христианства, красоту личности Христа, которая привлекает к себе людей, возрождает и спасает их. Но никогда еще не говорили о том, что наша планета - это планета святых.

И единственной подлинной элитой на Святой Руси, в русской православной традиции всегда признавалась только одна: не князья, не бояре, не полководцы, не купцы и не бизнесмены - только святые, среди которых могли быть и князья, и бояре (как преподобный Сергий Радонежский), и выходцы из купцов (как преподобный Серафим Саровский). Это всегда была единственная элита, которую понимал и чтил народ. Никакой другой элиты, никакой другой власти, кроме этой духовной власти святых, наш народ никогда не понимал и не признавал по сути дела.

Всенародное тяготение к святыням определяло не только стихийное массовое паломническое движение, но и государственную политику. С самого начала, как только произошло крещение Древней Руси, первая же дипломатическая державная акция, которую предпринимает святой равноапостольный князь Владимир Красное Солнышко связана с посольством в Святую Землю: «посла Володимер гостей своих аки в послех в Рим, а другых во Иерусалим, и в Египет, и в Вавилон, съглядати земель их, и обычаев их». «Гостей своих аки в послех» означает в данном контексте: «купцов в качестве послов». 1001 год, Никоновская летопись, тринадцатый год после Крещения Руси3... И дальше мы видим, как державная государственная инициатива постоянно взаимодействует и переплетается в этой сфере духовной жизни с народным стихийным устремлением.

Русский народ, как только узнал о православии, как только принял в купели днепровской крещение, так немедленно устремился в Святую Землю - святую в самом первичном, непосредственном смысле слова, как сказано в Библии: «сними обувь с ног твоих, эта земля святая». К этой земле, которая сама по себе является источником благодатных энергий, где произошло Боговоплощение, где однажды земля стала так близко к небу, что 16-летняя девочка из Назарета была избрана стать Матерью Божией. Туда, в Палестину, устремляется религиозная энергия нашего народа до такой степени, что даже светским, и духовным инстанциям приходится как-то пытаться институционализировать это движение, сдерживать его.

Вообще богословская наука, как и наука вообще, в большом долгу перед обыкновенным простым русским паломником, сермяжным, в лапотках, который за тысячу лет сколько тысяч верст исходил своими ногами от России до Святой земли, до Иерусалима. Как писал когда-то основатель Императорского Православного Палестинского Общества В.Н.Хитрово, «только этим сотням и тысячам серых мужичков и простых баб, из года в год движущихся из Яффы в Иерусалим и обратно, точно по русской губернии, обязаны мы тому влиянию, которое имя русского имеет в Палестине; влиянию настолько сильному, что вы с русским языком пройдете по этой дороге, и вас не поймет разве только какой-нибудь пришлый издалека бедуин»4. Настолько это было реальностью русской религиозной жизни. И не только русской - реальностью духовной жизни Иерусалимского Патриархата.

Мы хорошо знаем и помним, что помимо важной дипломатической поддержки, которую Россия оказывала всегда Православному Востоку, шла от нас в Библейский регион мощная экономическая помощь. К концу XIX в. - началу XX в. на две трети бюджет Иерусалимского Патриархата и на три четверти бюджет Антиохийского Патриархата финансировался из России - либо впрямую, через соответствующие статьи бюджета, либо путем паломнических хождений, когда каждый из наших богомольцев нес свою трудовую копейку к святыням Востока.

Не менее важен момент историко-литургический, ибо, что такое паломничество? Это вхождение в особую историко-литургическую реальность, в нее по-другому войти нельзя, только своими ногами, только совершив паломничество. Все мы знаем, насколько все богослужение Православной Церкви и все устройство православного храма пронизано и центрировано на воспоминание и на символическое изображение земной жизни Спасителя от Рождества до Голгофы и Воскресения, и на реалии, связанные со Святой Землей. На литургии, в момент пресуществления Святых Даров престол в алтаре любого православного столичного и сельского храма есть образ Гроба Господня. Но коснуться губами, приложиться к подлинному Гробу Господню, приложиться в Гефсимании к подлинному успенскому ложу Божией Матери, пройти путями Господа Иисуса Христа по Галилее, быть на том самом месте, на Фаворе, где преобразился Он пред апостолами, это сделать мы можем только благодаря паломничеству.

Здесь совершенно правильно говорилось о различии паломничества и религиозного туризма. Да, конечно, можно вооружиться великолепным немецким Bedeker'oм, лучшим путеводителем и пойти, исследуя чисто археологически: «вот здесь», «здесь» и «здесь» посмотреть и даже потрогать руками, но по-настоящему приобщиться к духовному опыту православия можно только, если пройти именно путем крестного хода. Владыка епископ Марк в своем докладе говорил что паломник - это, прежде всего, участник крестного хода, того знаменитого иерусалимского крестного хода от Виффагии до Львиных ворот, до Гефсиманских ворот Старого Города, с пальмовыми ветвями, с ветвями вайй, что у нас называются вербами, что у нас стало вербами, потому что у нас пальм нет. Все паломничество является по сути сплошной историко-литургической литанией, большим крестным ходом. Если этого нет, если человек не в этом участвует, а в чем-то другом, то он не получает всего того духовного богатства, которое таит в себе соприкосновение и взаимодействие с подлинными святынями, ради которых паломничество существует. И с этой точки зрения мы отдаем себе отчет и понимаем, что вопрос не в археологической точности какого-то места и не в научной обоснованности данного места поклонения. Мы знаем, что Господь ходил по Иерусалиму, который лежит от трех до пяти метров ниже нынешнего уровня Иерусалима. Да, культурный слой нарастает, это любой археолог вам скажет. Но когда вы видите наших русских паломников, особенно женщин, которые падают на колени и лобзают камни вот этой сегодняшней мостовой, вы понимаете, что они не ошибаются, что верующее сердце здесь не может ошибиться, что вопрос не в археологической точности, этого камня коснулся Спаситель или не этого. Речь идет не об археологической, а об историко-литургической реконструкции, подчеркиваю этот момент. Да, этот путь есть повторение Крестного пути. Вот в это мы верим и этих камней мы касаемся, и этим путем мы должны пройти, как прошли им до нас на протяжении истории тысячи, сотни тысяч, миллионы православных паломников, ради этого устремлявшихся в Святую Землю.

Именно для того, чтобы сделать возможным и доступным это поклонение для широкой массы богомольцев, и работало в свое время Императорское Православное Палестинское Общество рука об руку с Русской Духовной Миссией в Иерусалиме. Для чего была создана Русская Духовная миссия в 1847 году? Как раз для того, чтобы русский православный паломник на Святой Земле не был чужим, не был сиротой, чтобы не было так, что он с самого начала попадал в чужой, незнакомый ему мир. В храме Гроба Господня, как и в Гефсимании, и в Вифлееме, служат греческие священники, совершается греческое богослужение. Русские люди и сейчас не многие знают греческий язык, чтобы участвовать в этом богослужении по-настоящему. Поэтому именно для достижения литургических целей паломничества нужно было создание Русской Духовной Миссии в Иерусалиме, тех храмов и монастырей в Святой Земле, которые были сооружены нашими людьми на заработанную потом и кровью трудовую копейку, чтобы русский человек там был своим.

Но Русская Духовная Миссия обеспечивала и обслуживала, прежде всего, духовные нужды православного паломника5. А нужно было еще помочь организовать его быт и облегчить пребывание на Святой Земле. И тогда на помощь приходило Палестинское Общество, которое строило вместительные подворья и странноприимные дома на Святой Земле, которое брало на себя заботу о материальном пребывании паломника. И, если я вам скажу сегодня, что православному паломнику сто лет назад один день в Иерусалиме стоил ровно 13 копеек (это с гостиничным обслуживанием, с обедом и самоваром чая вечером), то есть за 4 рубля он целый месяц мог прожить в Иерусалиме, вы мне, пожалуй, не поверите. Между тем, это правда. А русские паломники приходили и приезжали в Иерусалим не так как сейчас на три дня, на пять дней, на 8 дней/7 ночей, они приезжали на полгода - на Воздвижение или на Рождество приезжали и после Пасхи уезжали. И жили на той самой русской территории, которую мы теперь называем по праву Русской Палестиной, и которая была создана, благодаря деятельности Императорского Православного Палестинского Общества6.

В этом смысле, переходя к конкретным выводам, я думаю, что в тех рекомендациях, которые мы сейчас обсуждаем и будем принимать, ИППО должно быть представлено не только как чисто научная и информационная трибуна. Опыт Императорского Православного Палестинского Общества может и должен быть использован и в других аспектах. Потому что, как было сказано, до 1914 года, до начала Первой мировой войны, которая поставила точку в нормальном развитии Русской Палестины, практически вся жизнь русского паломника на Святой Земле полностью обеспечивалась учреждениями и трудом, и научным, безусловно, руководством Императорского Православного Палестинском Обществе. И Общество заботилось не только о материальном обеспечении паломников, но и о том, чтобы их в хождениях по Святой Земле всегда сопровождали духовные лица, чтобы поклонники присутствовали на всех богослужениях, которые осуществлялись в русских и греческих храмах и монастырях. Я думаю, что исторический опыт и реальные возможности Палестинского Общества сегодня еще далеко не полностью используется в деле возрождения русского православного паломничества.

Примечания:

1. Пилигримы. Историко-культурная роль паломничества. К XX Международному конгрессу византинистов / Под ред. В.Н.Залесской. СПб., 2001.

2. Wild R. Waiting for the Presence: Spirituality of Pilgrimage to the Holy Land. Jerusalem, 1988; The Blessings of Pilgrimage / Ed. by Robert Ousterhout. Urbana-Chicago, 1990.

3. Никоновская летопись // Полное собрание русских летописей.)Т. 9. М., 1965. С. 68.

4. Лисовой Н.Н. Василий Николаевич Хитрово — основатель Императорского Православного Палестинского общества // Хитрово В.Н. К Животворящему Гробу Господню. Рассказ старого паломника. М., 2003. С. 10.

5. Марк (Головков), иеромонах. 150 лет Русской Духовной Миссии в Иерусалиме // Паломничество во Святую Землю. 150 лет Русской Духовной Миссии в Иерусалиме. М. 1997. С. 299-337.

6. Россия в Святой Земле. Документы и материалы / Сост., подг. текста, вступ. статья и комм. Н.Н.Лисового. T.l-ll. M. 2000.

Храм святителя Спиридона Тримифунтского,
Челябинской епархии, Московской Патриархии, Русской Православной Церкви
456905, РФ, Челябинская область, Саткинский район, пос. Межевой, ул. Карла Маркса, 5 "б"
Тел. 8 35161 74751           hramsatka@narod.ru